Прежде всего, было приятно видеть битком набитый зал, радостно за артистов! Спектакль смотрится легко, не возникает ощущения затянутости (все-таки 3,5 часа!). Зал реагировал довольно сдержанно, без особых оваций и взрывов смеха.Спектакль смотреть было интересно и несколько необычно, потому что я совсем не так представляла себе большую часть персонажей. Да и текст я читала по-другому, с другими интонациями и акцентами. Моим представлениям соответствовали Чацкий (более-менее), Наталья Дмитриевна Горич и Загорецкий. Похож был и Репетилов, но мне он почему-то не понравился. Хотя, если подумать - мне не понравился персонаж, а актер был очень убедителен. Скалозуб в моем понимании должен быть значительно старше и с зычным голосом. А у Молчалина был слишком уж зловещий вид.
      В первой и последней сценах мне показалось, что актеры переигрывают, как-то ненатурально, слишком много пафоса. Видимо, они просто волновались, они же тоже люди. Последняя сцена, где Чацкий все узнает, далась мне тяжело: музыка, тусклый свет - в итоге все тоскливо и мрачно. Если Меньшиков этого и добивался - честь ему и хвала, ему это удалось.
      Чацким я откровенно любовалась. Меня немного смущало лишь, что он говорил слишком быстро, даже там, где можно было особенно и не гнать. Но это вполне можно объяснить избытком чувств, потому что играл он от души. Я очень порадовалась за Екатерину Васильеву: ее выход встретили аплодисментами и заметным шевелением. У нее оказался на удивление тихий голос (Меньшикову до нее, слава Богу, далеко) - видимо, поэтому ее усадили на авансцену, окружив кольцом, чтобы подчеркнуть внимание к ее словам. Во время ее выступления у Меньшикова на лице блуждала счастливая и горделивая улыбка, и он не отрываясь смотрел на нее (а я - на него).
      В последней сцене Меньшиков мне показался обиженным ребенком, который обвиняет свое окружение и весь свет в том, что с ним дурно обошлись. Если бы это не было правдой, я подумала бы, что это пустой каприз. Но в то же время видно было и оскорбленное чувство собственного достоинства - такая вот мешанина чувств, слов и мыслей, охватившая его.

     Наконец, про "Дядю Ваню". Первое действие было спокойным, неторопливым, из серии "ничто не предвещало бури". Тихая жизнь в деревне, мелкие события, которые кажутся глобальными из-за отсутствия чего-либо другого… И вдруг после антракта все завертелось, загрохотало, взорвалось! От каждого выстрела я вздрагивала - так неожиданно это было, хотя после первого остальные можно было бы предвидеть. Быстрая гневная речь дяди Вани билась в одном ритме с моим сердцем. Он был прав во всем, и особенно в том, что не жил, - и было его безумно жаль (впрочем, Софью тоже, этому в значительной степени способствовала последняя сцена), и хотелось, чтобы он ошибался.
     Дядя Ваня (Ю.Соломин) остроумен, романтичен, бескорыстен, искренен. Но мне почему-то больше понравился Виталий Соломин, видимо, он мне ближе, понятнее. Он намеренно старался вызвать улыбку у зрителей, но при этом не выходил за рамки своего образа.
     Совершенно незаметны были Телегин и Войницкая. Насчет последней я даже недоумевала: зачем она сидит за столом и просто слушает разговор, молчаливая и неподвижная? Хотя, может, у Чехова так задумано? Но опять же, зачем? Не очень понравилась и Елена (С.Аманова): вроде и симпатичная, и выглядит правдопобдно, но что-то с ней не то. Что-то есть в ней отталкивающее, даже непонятно, с чего это все в нее влюбились.
     Мне очень понравилась музыка и декорации, особенно золотая осень на заднем плане. Вот бы сейчас такую! Меня вообще, как ворону, привлекает все яркое: разноцветный лес, резкие звуки, быстрые движения, цельные образы.
     Наверное, это и есть классическая классика: декорации, костюмы и музыка соответствуют духу чеховского времени. Во время спектакля мне вспомнились уроки литературы в школе: Чехов большое внимание уделяет звукам (звуки и игра со светом особенно хорошо удались режиссеру-постановщику Соловьеву) и не боится оставлять сцену пустой. Я думаю, Чехову понравилась бы эта постановка.